57642a5c     

Мельников Валентин - Охотники



Мельников Валентин
ОХОТНИКИ
Долго откладывавшаяся поездка на охоту в одно из урочищ под Белогоркой
наконец сладилась. Подобралась компания из четырех человек, договорились с
егерем, а доставить до места взялся на своем легковом УАЗе директор
пригородной заготконторы Иван Алексеевич Боровиков.
Выехали затемно. Вел машину сам Иван Алекссевич, рядом сидел его сотрудник
Андрей, на задних боковых сиденьях - молодые охотники Виктор и Николай. У их
ног расположились собаки - смирная, хрупкая на вид сука лягавой породы по
кличке Норма и Гай - здоровенный мосластый гончий, питомец Ивана Алексеевича,
едва вышедший из подросткового по собачьим меркам возраста.
- И зачем ты взял своего гончака, с него ведь никакого проку не будет, -
сказал владелец суки Николай.
- Зря сомневаешься, он у меня молодец - и под ружьем уже ходил, и дичь
брал, - возразил Иван Алекссевич.
Николай недоверчиво усмехнулся, но спорить не стал.
Виктор не разбирался в собаках, но Гай ему понравился. Он отрезал кружок
колбасы и протянул псу. Мощные челюсти клацнули как капкан, чуть не отхватив
пальцы вместе с колбасой.
- Осторожнее! Эти кошкодавы не разбираются, где колбаса, а где пальцы, -
не преминул съязвить Николай.
Второй кусок колбасы, подброшенный в воздух, кобель с ловкостью фокусника
одним незаметным движением головы мгновенно упрятал в пасть.
Разморенные теплом кабины, пассажиры начали подремывать, добирая раннюю
побудку. Но насладиться сном не удалось. Обнюхав Норму, Гай вдруг повел себя
самым дурашливым, неподобающим образом - подмял не сопротивляющуюся суку.
Николай решительно пресек его молодецкие намерения пинками и командой
"лежать!" Однако кобель не успокоился и через минуту снова полез на соседку.
На этот раз он получил такую взбучку, что с визгом спрятался под сиденье у ног
Виктора.
- Черствый ты человек, однако. Такого удовольствия лишил парня. Тем более
твоя Норма рада-радешенька, - поддел тот приятеля.
- А мне плевать на его удовольствие. Потомство чистокровных лягавых дороже
стоит.
За собачьей возней и разговорами не заметили, как подъехали к казенному
дому егеря Василия, одиноко стоявшему за околицей Белогорки. На стук вышел
бородатый мужик с ухватками матерого медведя. После его рукопожатия горожане,
болезненно морщась, долго терли слипшиеся пальцы.
- У вас разрешение только на одного кабана. А кекликов, ладно уж, сколько
добудете, - по-свойски сказал егерь, оформляя лицензию и хитро поглядывая на
охотников оценивающим взглядом. - А теперь поехали в избушку к ребятам.
Избушка - наспех сколоченный дощатый домик - стояла у подножия горы. В ней
жили трое парней, занимавшихся летом и осенью сбором лекарственных трав и
диких плодов, а зимой - отстрелом волков. Была у них еще и другая миссия -
охрана егерских угодий от браконьеров. Все трое - коренастые с кирпичным
зимним загаром на лицах, мастера на все руки. Одного звали Володя, другого
Санжар, третьего - Михаил.
Приехавшие обратили внимание на освежеванную тушу волка, висевшую на
вбитом в стену крюке.
- Вчера с Санжаром подстрелили, - сказал Володя. - Трое суток бегали за
ним по горам. Ох, и помотал же он нас, хитрющая бестия!
В избушке царил обычный мужской беспорядок. Володя убрал со стола остатки
еды и предложил почаевничать перед охотой. За чаем он объяснил, как проехать в
намеченное урочище, и сообщил, что видел там вчера кабанье стадо в девять
голов.
Стали собираться в путь. Виктор почувствовал, что портянки в его резиновых
сапогах скомкались, и



Назад